The Economist о развивающихся рынках: дни рекордных темпов роста позади

Фото The Economist о развивающихся рынках: дни рекордных темпов роста позади

Замедление темпов роста развивающихся стран — это не начало спада. Тем не менее, это переломный момент для мировой экономики.

Когда бегун-спринтер не дотягивает до своего лучшего результата, нужно некоторое время, чтобы определить — это ухудшение временное или постоянное. То же справедливо и в отношении развивающихся рынков, которые в мировой экономике 21-го столетия стали своего рода бегунами на короткие дистанции. После десятилетия резкого роста, когда развивающиеся страны больше других способствовали мировому спросу и подтолкнули мировую экономику вверх перед лицом финансового кризиса, темпы роста развивающихся гигантов резко замедлились.

Китайские темпы роста в 2013 году в лучшем случае достигнут 7,5%, что совсем не похоже на двузначные цифры, характерные для 2000-х годов. Темпы роста в Индии (около 5%), Бразилии и России (около 2,5%) — это около половины того, что было на пике роста. Возможно, что все вместе развивающиеся страны всего лишь достигнут прошлогоднего уровня — 5%. По сравнению с развитыми странами это звучит не так и плохо, однако для развивающихся стран это самые слабые за последнее десятилетие темпы роста.

Это конец первого этапа эры развивающихся стран; эры, во время которой эти страны увеличили долю в мировом производстве с 38% до 50% (по паритету покупательной способности). В течение последующих десяти лет развивающие страны все еще будет расти, но понемногу. Непосредственный эффект этого замедления вполне поддается коррекции. Однако долгосрочный эффект на мировую экономику будет сильным.

Бег из последних сил

В прошлом, периоды роста развивающихся стран, как правило, чередовались с периодами спада (и это объясняет, почему лишь немногие из бедных стран смогли стать богатыми). В настоящее время полный пессимизма инвестор вполне может найти причины для беспокойства, с учетом рисков более резкого замедления в Китае или внезапного монетарного ужесточения во всем мире. Однако на этот раз обширный спад развивающихся рынков выглядит маловероятным.

Китай находится в процессе серьезных изменений, в результате которых драйвером экономики Поднебесной станет потребление, вместо инвестиций. Увеличение объемов китайских инвестиций привело к созданию большого количества плохих долгов. Однако правительство страны имеет фискальные полномочия, с помощью которых может как нейтрализовать потери, так и стимулировать экономику — если это будет необходимо. Такими условиями могут похвастаться немногие развивающиеся страны. В связи с этим вероятность негативного сценария снижается. А так как экономики развитых стран все еще довольно слабые, шансы неожиданного монетарного ужесточения невелики. Но даже если это произойдет, большинство развивающихся стран защищены намного лучше, чем раньше, — с гибкими валютными курсами, большими запасами валютных резервов и относительно небольшими долгами (значительная часть которых в национальной валюте).

Это хорошие новости. Плохие новости в том, что дни рекордного роста позади. Китайская инвестиционная и экспортная модель исчерпала себя. Так как население страны быстро стареет, на китайском рынке труда будет все меньше рабочей силы, а поскольку уровень жизни населения повысился, то теперь есть меньше возможностей для догоняющего роста. Десять лет назад китайский ВВП на душу населения (по паритету покупательной способности) равнялся 8% американского, сейчас этот показатель — 18%. Китай будет и дальше подтягиваться, но не такими быстрыми темпами.

И это будет сдерживать другие крупные развивающиеся страны. Российские темпы роста «подпитывались» ростом цен на энергоносители, что было следствием темпов китайского экономического роста. Бразилия вырвалась вперед благодаря спросу на сырьевые товары и внутренним кредитам; сложившаяся сейчас ситуация, с труднонейтрализуемой инфляцией и слабыми темпами роста, говорит о том, что минимальный уровень темпов роста этой страны находится намного ниже, чем прогнозировалось ранее. То же касается Индии: здесь почти двузначные цифры темпов роста ВВП уверили политиков и многих инвесторов в том, что рост неизбежен и постоянен. Индийские темпы роста могут снова увеличиться, но при условии радикальных реформ — и определенно не до максимального уровня 2000-х.

Много изменений впереди

Большое замедление означает, что бурные темпы роста развивающихся стран больше не смогут компенсировать слабость развитых стран. Если не произойдет серьезного восстановления экономики США или Японии, или же стран еврозоны, то темпы роста мировой экономики вряд ли превысят нынешние 3%. Все будет происходить довольно медленно.

Также станет понятно, насколько особенным было прошедшее десятилетие. В основе роста в последние десять лет лежал китайский бурный спрос, который был особенно пробивным не столько из-за огромных размеров страны, сколько из-за роста экспорта, потребностей в сырье и накоплении валютных резервов. В будущем, в многих странах будут наблюдаться более сбалансированные темпы роста. Если не считать Индию и Китай, то в десяти крупнейших развивающихся странах, от Индонезии до Таиланда, населения меньше, чем в одном только Китае. Рост будет шире и будет меньше зависеть от стран БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай).

Корпоративным стратегам, которые полагали, что развивающиеся страны вышли на прямую ультра-быстрого роста, придется пересмотреть свои расчеты; через несколько лет Америка, восстановившая силы и обладающая запасами сланцевого газа, по темпам роста может обогнать некоторые страны БРИК.

Но с самыми серьезными вызовами столкнутся политики развивающихся стран; от их действий будет зависеть темпы роста их стран. Пока что наиболее готовым к реформам кажется Китай. Путинская же Россия, наоборот, — это зависимая от ресурсов клептократия, где потребители переключаются на сланцевый газ. Плюс Индии — ее население; однако и Индия, и Бразилия должны обратиться к реформам — с учетом интересов растущего среднего класса, который недавно вышел на улицы Сан-Пауло и Дели.

Могут измениться и настроения в мировой экономике в целом. В 1990-х «Вашингтонский консенсус» проповедовал (иногда довольно высокомерно) экономическую либерализацию и демократию для развивающихся стран. В последние несколько лет — на фоне роста Китая, краха Уолл-Стрит, безысходного положения в Вашингтоне и самоубийственных действий еврозоны — старые либеральные мнения подвергаются сомнению: в моду вошли государственный капитализм и авторитарная модернизация. «Пекинский консенсус» позволил как автократам, так и демократам уйти от либеральных реформ. Потребность в росте может снова вернуть к жизни интерес к этим ценностям, а Запад даже сможет восстановить уверенность в собственных силах.